Главная Приборы и опыты Советы и методические материалы Статьи Контакты

Игорь Васильевич Курчатов, академик АН СССР, трижды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Сталинских премий СССР

 Игорь Васильевич Курчатов родился 12 ян­варя 1903 г. в семье помощника лесничего на Урале, в поселке Симский завод. В 1911 г. семья Курчатовых переехала в Симферополь. Здесь мальчик поступил в гимназию. С детства он любил хорошую музыку и до поры рос чистым гуманитарием. Судьбу, как это нередко случается, решил случай. В руки подростка попала книга О.М. Корбино «Успехи современной техники», которая перевернула его воображе­ние. Игорь стал собирать и изучать техническую литера­туру. Мечтая о профессии инженера, он изучал анали­тическую геометрию в объеме университетского курса, решая многочисленные математические задачи.

Планам чуть не помешала Первая мировая война, ма­териальное положение и без того небогатой семьи стало совсем тяжелым. Пришлось помогать отцу. Тут уж было не до инженерии. Игорь ходил на консервную фабрику пилить дрова, а вечерами работал в мундштучной ма­стерской. Вскоре он поступил в симферопольскую ве­чернюю ремесленную школу, где получил квалифика­цию слесаря. Несмотря на загруженность, Игорь про­должал читать запоем, за последние два года он получал исключительно пятерки, а в 1920 г. окончил гимназию с золотой медалью. В сентябре того же года он поступил на первый курс физико-математического факультета Крымского университета, где за три года освоил четы­рехлетний курс и блестяще защитил дипломную рабо­ту. Осенью 1923 г. Курчатов уехал в Петроград, где был зачислен сразу на третий курс кораблестроительного факультета Политехнического института. Одновремен­но он стал работать в качестве наблюдателя в Магнито­метеорологической обсерватории в Павловске. Первая экспериментальная научная работа была посвящена альфа-радиоактивности снега. Весной 1924 г. Курчатов прервал учебу в Политехническом институте и занял­ся научной деятельностью. Переход на работу в Ленин­градскую физико-техническую лабораторию знамени­того физика Абрама Федоровича Иоффе, состоявшийся в сентябре 1925 г., стал поворотным этапом в научной жизни И.В. Курчатова.

 Просто о сложном

Очень скоро Игорь Васильевич завоевал в институте ав­торитет и получил звание научного сотрудника первого разряда, а затем — старшего инженера-физика. Блестящий лек­тор, он владел искусством передавать физический смысл описываемых явлений и пользовался большой любовью студентов. Сам молодой ученый, он часто рассказывал о результатах своих исследований, пробуждая у молодых подлинный интерес к науке.

Дорожа своими учениками, А.Ф. Иоффе никогда не ограничивал их свободы. Когда Игорь Васильевич на­чал работать в Физтехе, ему было 22 года, а институту, как писал Иоффе, «семь лет от роду, и молодость сотруд­ников была привычным делом». Поддразнивая, институт называли «детским садом папы Иоффе». Курчатов при­шелся по душе коллективу своим энтузиазмом, работо­способностью, стремлением жить общими интересами. Первой его печатной работой в лаборатории диэлектри­ков оказалось исследование прохождения медленных электронов сквозь тонкие металлические пленки. При решении этой задачи проявилась одна из типичных черт Игоря Васильевича — он умел четко подмечать противо­речия и аномалии и выяснять их природу прямыми опы­тами. «Это же свойство, — писал Иоффе, — привело его к открытию сегнетоэлектричества, к поискам механиз­ма выпрямления тока, к изучению нелинейности токов в карборундовых разрядниках, к изучению предпробойных токов в стеклах и смолах, униполярности токов в со­лях, а позже к открытиям в области атомного ядра...»

В итоге Курчатовым была заложена основа новой обла­сти науки — учение о сегнетоэлектричестве.

Трудоголик

В 1927 г. Игорь Васильевич женился на Марине Дмитриевне Синельниковой, сестре своего друга Кирилла Синельникова. Он познакомился с ней еще в детстве в Крыму и дружил все эти годы. Марина стала его верным другом и помощником. Детей у них не было, и все свое внимание Марина Дмитриевна отдала Игорю Васильевичу. Она соз­дала атмосферу настоящего дружелюбия, которую чув­ствовали все переступавшие порог их дома. Курчатов ра­ботал дома так же интенсивно, как и в институте.

 

В 1933 г. Курчатова назначили начальником Отдела ядерной физики Ленинградского физико-технического института. Их исследование в значительной степени определило развитие представ­лений о структуре атомного ядра.

 

Одновременно Курчатов вел и другие опыты с нейтро­нами. Вместе с Львом Андреевичем Арцимовичем он про­вел серию исследований поглощения медленных нейтро­нов и добился фундаментальных результатов. Ученым удалось зафиксировать захват нейтрона протоном с об­разованием ядра тяжелого водорода — дейтрона и на­дежно измерить сечение этой реакции. Курчатов ищет ответ на главный вопрос: происходит ли размножение нейтронов в различных композициях урана и замедли­теля? Эту тонкую экспериментальную задачу Курчатов поручил своим молодым сотрудникам Флерову и Петр жаку, и они блестяще ее выполнили.

 
В центре внимания уран

Игорь Васильевич Курчатов, академик АН СССР, трижды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Сталинских премий СССРВ начале 1940 г. Флеров с Петржаком подали краткое со­общение об открытом ими новом явлении— самопро­извольном делении урана— в американский журнал Physical Review, в котором печаталось большинство со­общений об уране. Письмо было опубликовано, но про­ходили неделя за неделей, а отклика все не было. Амери­канцы засекретили все свои работы по атомному ядру. Мир вступил во Вторую мировую войну.

 

В 1941 г. намеченная Курчатовым программа науч­ных работ была прервана, и вместо ядерной физики он вместе с Анатолием Петровичем Александровым и другими сотрудниками ЛФТИ принял участие в ра­ботах по защите кораблей от магнитных мин.

 

Только в конце 1942 г. работы по исследованию осуще­ствимости использования атомной энергии были возоб­новлены. В 1943 г. Игорь Васильевич возглавил совет­ский атомный проект, будучи руководителем Лабора­тории № 2 АН СССР, впоследствии ставшей Институтом атомной энергии. 1944 г. ознаменовался пуском цикло­трона, построенного всего лишь за год. Вскоре на нем был впервые в СССР выведен наружу пучок дейтронов. Курчатов собрал по этому случаю у себя дома участни­ков пуска и поднял бокал за первую победу нового кол­лектива.

 

В 1946 г. для И.В. Курчатова на территории Лабора­тории № 2 недалеко от главного здания построили кот­тедж. Он ходил на работу прямо через лес и очень скоро протоптал тропинку. Она и сейчас петляет среди дере­вьев. Сотрудники в шутку называли его дом «хижиной лесника».

Ядерному взрыву — нет, нет, нетПресса США о взрыве в СССР атомной бомбы

   Круг интересов Курчатова не исчерпывался только на­укой. Он был активным борцом за мир. Понимая огром­ную опасность для человечества гонки ядерных воору­жений, он последовательно выступал за безусловное за­прещение ядерного оружия и использование ядерной энергии только в мирных целях. Вся кипучая деятель­ность И.В. Курчатова, усилия всей страны в те трудные годы ее истории, обеспечившие создание в кратчайшие сроки оружия ядерного сдерживания, способствовали сохранению мира.

 

На заседании Верховного Совета СССР 31 марта 1958 г. Игорь Курчатов выступил с такими словами: «Ученые глу­боко взволнованы тем, что до сих пор нет международно­го соглашения о безусловном запрещении атомного и во­дородного оружия. Мы обращаемся к ученым всего мира с призывом превратить энергию ядер водорода из оружия разрушения в могучий, живительный источник энергии, несущий благосостояние и радость всем людям на Земле».

Грозное оружие, как это ни парадок­сально звучит, было необходимо для сохранения мира. Ввиду чрезвычайной секретности и срочности проек­та И.В. Курчатов находился под неусыпным контро­лем органов госбезопасности, Берии и самого Стали­на. Много лет спустя академик Александров, вспоми­ная те годы, говорил: «Слово Сталина решало вообще судьбу проекта. По одному жесту Берии любой из нас мог уйти в небытие. Но вершиной пирамиды был все- таки именно Курчатов. Это наше счастье, что в нем во­плотились тогда и компетентность, и ответственность, и власть».

Успешное испытание нового оружия произошло ран­ним утром 29 августа 1949 г. на специально для этого по­строенном полигоне в Семипалатинской области. Созда­тели бомбы свои обязательства выполнили. Монополии США на владение атомным оружием был положен конец. Лаврентий Берия, как рассказывали очевидцы, расце­ловал Курчатова со словами: «Какое счастье! Ведь могло произойти несчастье». Что он имел в виду, понятно было всем. Запад был потрясен: у Советского Союза появилось атомное оружие! Всех создателей щедро наградили: Кур­чатову и ведущим участникам атомного проекта присво­или звание Героя Социалистического Труда, многие уче­ные стали лауреатами Сталинской премии. Кроме того, они получили право бесплатного проезда в любой город страны.

А почти через четыре года, под утро 12 августа 1953 г., еще до восхода солнца, над полигоном раздался оглу­шительный термоядерный взрыв. Прошло успешное испытание первой в мире водородной бомбы. Созда­но ядерное оружие, но, по убеждению Игоря Василье­вича, атомная энергия должна была служить человеку, а не убивать его.

 Чтобы помнили

«Хижина лесника» — дом-музей И.В. КурчатоваКурчатов терпеть не мог болеть, был оптимистом и счи­тал, что болезнь на то и болезнь, чтобы в конце концов отступить. В своих воспоминаниях академик Анатолий Александров рассказывал: «За время болезни, воспале­ния легких (еще в самом начале атомного проекта.Прим ред.), у Курчатова отросла большая черная боро­да. И сотрудники между собой дали ему прозвище “Бо­рода”. На вопрос, когда он ее сбреет, Игорь Васильевич, лукаво улыбаясь, отвечал: “Ну какой же я Борода без бо­роды?” У него даже появились привычки, по которым со­трудники узнавали его настроение. Если он гладил бо­роду по шерстке, значит все было хорошо, а если теребил и тянул вниз, то дела идут неладно...».

 Из воспоминаний академика Андрея Дмитриевича Сахарова: «Однажды молодой коллектив принес в “хижину” огромный лист ватмана с записанными в клетках десятками задач и по­следовательностью их решения. Игорь Васильевич весе­ло взглянул на клетки, посвистел и назвал этот план “шо­рохом орехов”. А на вопрос “почему?” рассказал озорную историю про торговца-грузина, продававшего на рынке орехи за ту же цену, за которую их купил, потому что он “любил шорох орехов”.

Тогда Курчатов закончил разговор с молодежью такими словами: “Делайте в работе, в жизни только самое главное. Иначе второстепенное, хотя и нуж­ное, легко заполнит вашу жизнь, возьмет все силы, и до главного вы не дойдете... Исследуйте то, что приведет вас к цели”».

Статья по публикациям Курчатовского института

fizika.i-ignatova © ru